ЧАСТЬ 2:
ХРАМОВАЯ ВЕДЬМА

«А вы, сплетчики лжи…»
Книга Иова, стих 13,4
I
- Мне передали обо всём произошедшем, архиепископ д’Аннунцио. – Начал разговор человек по ту сторону монитора. – Это огромное несчастье для всех нас.
Из-за колючего ли взгляда тёмных миндалевидного разреза глаз, а может из-за общего впечатления, которое производили фигура говорившего, выражение его лица, вообще он сам, казалось, что этот человек будет скорее на своём месте, командуя войсками, нежели восседая в кардинальском кресле. Форма военного подходила ему куда больше. Сцепив между собой свои руки и оперев на них волевой подбородок, Франческо ди Медичи, человек, под контролем которого находилась вся внутренняя политика Ватикана, укоризненно оглядел остальных присутствующих на срочном собрании, созванного по поводу крупного ЧП, случившегося в оперном театре Иштвана. Сам кардинал по-прежнему находился в Риме, a разговор с Иштваном осуществлялся через видеофон. Сводная сестра Франческо, Катерина, в ответ на суровый взгляд брата, ничего не сказала. Всё внимание кардинала Борджиа было приковано к собственной чёлке и явного расстройства по поводу «огромного несчастья» он что-то не показывал. Зато состояние волос волновало его гораздо больше. Только брат Пётр на слова кардинала понуро опустил перебинтованную голову. Вид у него был совершенно несчастный. Медичи снова воззрился на Эмануэля.
- Допустить нападение вампира и похищение святой в Иштване как раз в годину битвы с одним из этих чудовищ на улицах города, да ещё и перед самым представлением оперы об этой самой святой неслыханно. Где была ваша хвалёная городская стража?
- О, это огромная небрежность с нашей стороны, ваше Преосвященство. Я не смею даже пытаться оправдать себя, но если мне будет позволено объяснить…
Под упрекающим тяжёлым взглядом Медичи архиепископ опустил глаза, выражая полное смирение и покорность, но говорил с такой невозмутимостью и спокойствием, как будто все слова на подобный случай заготовил заранее.
- Дело в том, что всё внимание сил безопасности было сосредоточено, в основном, на охране Его Высокопреосвященства и двух кардиналов. А в зале, как раз во время нападения, находился Глава Инквизиции, и я был уверен, что ему по силам держать ситуацию там под контролем. Прошу, простите мне эту досадную ошибку.
- Что? Но я…
…Это несправедливо!… Услышав, что во всём случившемся обвиняют его, монах резко поднял голову, собираясь сейчас же опровергнуть эту ересь, но увидев молчаливый укор и печаль в глазах своего начальника, тотчас опустил её. Второго во взгляде кардинала читалось явно больше, чем первого, и для Петра осознание этого было самым мучительным фактом. Оправдываться он передумал.
- Я действительно был там и подвёл всех… Я готов взять на себя всю ответственность… - виновато пробубнил он.
- Хм, какой бы удачной мне не казалась задумка сложить всю вину на одного только начальника Инквизиции, всё же заявляю, что это неправильно, – негромко возразил нежный голос.
На сторону Петра неожиданно встала Катерина. Хотя инквизитор и поступил по-рыцарски, предложив возложить всю тяжесть произошедшего несчастья на себя, такой расклад дела, при котором вина падала только на него одного, герцогиню совершенно не устраивал, и она прервала молчание. Воздух в комнате был тяжёлым, и кардинал Сфорца больше кашляла, чем говорила. Тон её был тихим, но, тем не менее, решительным, а слушатели внимательны (по крайней мере, большинство из них) и терпеливы.
- Брат Пётр, прежде всего, должен был охранять Его Святейшество. А задача по обеспечению безопасности театра лежала на плечах солдат городской стражи. И ответственность за произошедшее должны понести, в первую очередь, они.
…Точнее ты, д’Аннунцио…
Катерина не стала обвинять архиепископа прямо, но одного её холодного взгляда на него хватило, чтобы понять это и без слов. Она привычно скрестила свои ноги, устроив одну лодыжку на другую, и поднесла к губам чашку чая. Выглядела кардинал неважно. Сделав пару глотков, сухо продолжила:
- Но в любом случае, сейчас у нас нет времени разбираться, кто и насколько во всём виноват. Есть задача посущественней. Мы должны как можно скорее разыскать сестру Эстер и похитившего её вампира. По тому, насколько быстрым и эффективным будет ход этих поисков, можно будет судить, стоит ли проводить церемонию Поминовения падших, как планировалось или лучше перенести…
- Церемонию нельзя переносить ни в коем случае. – Решительно заявил кардинал Медичи. – События сегодняшней ночи и так подорвали авторитет церкви для всего мира. Мы стали посмешищем для светских государств. Больше подобных промахов быть не должно, нельзя и дальше показывать им нашу слабость!
Франческо знал, о чём говорил. И все остальные тоже. Каждый из присутствующих в комнате тут же украдкой взглянул на окно, вид из которого открывался прямо на главный собор Иштвана, выстроенный по задумке архиепископа, как замена церкви св. Маттиаса, разрушенной в прошлом году. Сейчас у всех его дверей караулила целая толпа зевак и журналистов, не очень терпеливо ждущих пояснений и комментариев по поводу случившегося. Свидетелями трагедии стали тысячи людей, и потому просто игнорировать их уже не представлялось возможным. Ватикану непременно нужно было сделать заявление об этом инциденте. Но проблема заключалась не только в людях, окруживших собор. Ситуация целиком оказалось куда плачевней. Дело в том, что масштабная пропаганда оперного представления, которой только недавно так хвастался Антонио, сыграла злую шутку, приковав к маленькому Иштвану взгляды всех мировых держав. И теперь они пристально наблюдали за малейшим движением Ватикана, жадно выжидая, что предпримет Рим. Такой шаг, как перенос церемонии Поминовения стал бы прекрасным поводом для серьёзного подрыва авторитета церкви.
- Всё должно идти своим ходом, как и планировалось. Нельзя дать этим проклятым ищейкам из СМИ ещё хоть один повод поднять нас на смех… Верно, кардинал Борджиа?
- Ну конечно – беззаботно отозвалось с дивана. Мгновенно просияв, как только всеобщее внимание переключилось на него, глава министерства по связям с Общественностью отвлёкся от длинной крашеной пряди волос, которую всё время безуспешно пытался выпрямить, и отрапортовал:
- СМИ будут проинформированы о похищении сестры Эстер вампиром и о благополучном её спасении из лап монстра совместными усилиями городской стражи и Бюро Инквизиции. Сейчас предполагается, что девушка находится в Центральной больнице Иштвана и оправляется от случившегося. Все соответствующие ситуации распоряжения мной уже отданы. Кстати, было бы неплохо устроить посещение данной больницы Папой Римским, как вам идея? Если сам Понтифик навестит монахиню, реализма в нашей истории будет больше, а?
О деятельности своего ведомства, о личном вкладе в деятельность своего ведомства и о своих идеях, вносящих вклад в данную деятельность, Антонио мог говорить когда угодно, где угодно и сколько угодно, но к глубочайшему сожалению последнего, Франческо перебил его энергичным жестом руки.
- Хорошо. По крайней мере, это позволит выиграть нам больше времени…
Кардинал Медичи снова обвёл взглядом всех присутствующих, глаза его горели холодным блеском.
- Также необходимо как можно скорей разыскать сестру Эстер, вампира, похитившего её и выяснить о силе врага как можно больше. На этот счёт у Бюро Инквизиции уже есть весьма любопытная информация. Продолжите, брат Матвей.
- Благодарю, Ваше высокопреосвященство. Для начала позвольте мне представиться, господа. Я - брат Священной Конгрегации Доктрины Веры, Матвей. – Ещё один человек, находившийся в комнате и доселе скромно молчавший, наконец, подал голос, выйдя из тени. Одет он был в будничную инквизиторскую униформу, но из-под его растрёпанной шапки тёмно-коричневых волос на мир взирало такое безмятежное, с умиротворённо-счастливым выражением, лицо, что не будь на Матвее одежды, подобающей его должности, никто и никогда бы не принял его за того, кем он являлся. Это лицо придавало брату крайнее сходство с одухотворённым монахом или уж на худой конец с детским учителем, но никак не инквизитором. Матвей прибыл из Рима только час назад, походка у него была усталая и шаркающая, но в руках он держал объёмистую папку с документами, и вид имел весьма деловитый. Раздав всем копии отчёта и раскрыв свой, он заявил:
- Мы уже проанализировали трещины в полу и стенах на месте преступления. Наш вывод: враг в качестве основы для своего оружия использовал синтез специального стекла и очень мощного пьезоэлектрического эффекта.
- Пьезо-…что? – переспросил Д’Аннунцио, подняв брови, и измождённо посмотрев на молодого человека.
- Это вроде землетрясения, вызванного колебаниями электричества – ответила за Матвея Катерина. Своими энциклопедическими познаниями герцогиня была известна далеко за пределами Рима. Она внимательно и с пониманием вчитывалась в полученный документ, потирая пальцами виски.
- При растяжении или сжатии таких кристаллов, как кварц, циркон или титанат бария (все три перечисленных элемента относятся к группе стеклообразующих оксидов, т.е. могут быть главными составляющими стекла), на их обкладках возникает электрический ток. Его и принято называть пьезоэлектрическим эффектом. Насколько я знаю, он бывает прямым и обратным…
- Короче говоря, под давлением или сжатием в этих кристаллах возникает что-то вроде заряженного электрического поля. – Упростил сказанное Катериной Матвей, показывая на соответствующие их словам графики с диаграммами, чтобы слушателям было понятней. – И да, пьезоэффект действительно бывает прямым и обратным. При первом в результате давления происходит деформация пьезоэлектрического образца. Она приводит к возникновению электрического напряжения между поверхностями деформируемого твердого тела, а при втором наоборот приложение напряжения к телу вызывает его деформацию. Это свойство обратного пьезоэффекта используется, к примеру, в акустических излучателях вроде микрофона. Но естественно, силу данного свойства при использовании в миру сильно ограничивают. Вы же прошлой ночью стали свидетелями его действия как оружия на полную мощность. Энергия, излучаемая во время обратного пьезоэффекта, оказывает сильное влияние на прочность различных материалов, это свойство сопротивляться разрушению под действием внутренних напряжений, возникающих под влиянием внешних сил, и способна разрушать даже металлы.
- Ох уж эти мне детали. По правде говоря, я… - неуверенно начал архиепископ, нервно оглядывая комнату с лицом, на котором ясно читался один сплошной знак вопроса. На самом деле Эмануэля беспокоил вовсе не тот факт, что он ни черта не понял из объяснений инквизитора и герцогини, а скорее то, что разговор утёк не в то русло, которое было нужно ему. И он сейчас же поторопился исправить это положение. – Куда важнее знать, что аналогов подобного устройства у людей не существует, и убийца прибыла из Империи. Она ведь сама так сказала, не правда ли?
- А вот это уже чересчур поспешный вывод, архиепископ… - тут же выразила сомнение Катерина, оторвавшись от изучаемых документов. Чтобы заговорить ей снова пришлось откашливаться. – Хоть Империя является издавна нашим смертельным врагом и вампирша действительно могла приехать из этой страны, нет никаких доказательств, что именно правительство Империи инициировало теракт в Иштване. За сотню лет не было ни одного подобного инцидента. И сейчас нет никаких причин, чтобы возобновлять старую вражду да ещё подобным способом.
- Нет никаких причин, говорите? – на редкость серьёзно вставил Антонио, а потом мотнул подбородком в сторону карты, висевшей на стене офиса. – Граница их мира теперь перекроена. Нашими усилиями и не в их пользу. Иштван больше не принадлежит вампирам. Не знаю, может ли это послужить достаточным поводом для вчерашнего нападения, но я уверен, освобождение города от их власти достаточная причина для тревоги в Империи.
В словах Антонио, безусловно, был смысл, но…
До Армагеддона Иштван являлся одним из центральных и крупнейших городов Центральной Европы, её торговой и экономической опорой, истинной «Жемчужиной» Дуная, но сейчас всё, что от неё осталось, это всего лишь пограничный городок с населением едва ли в двести тысяч человек да ещё не в самом лучшем состоянии после войны. Чтобы имперцы настолько сильно возмутились его потерей и решились на ответные меры вроде нападения на театр и похищения монахини, казалось маловероятным. С другой стороны, Иштван, с его окрестностями, которые ещё кишели развалинами и руинами, с целой сетью подземных туннелей под самым его центром, напоминающей, скорее, пещерный лабиринт, как нельзя лучше подходил для нападения вампира-одиночки. Укрыться в нём проще простого и найти их с Эстер будет крайне проблематично. Только эту последнюю мысль Катерина и высказала вслух:
- Каковы бы ни были мотивы, вампира надо разыскать в любом случае…есть какие-нибудь данные о её местонахождении?
- О, городская стража задействована в полном составе и работает настолько быстро, насколько это возможно – встрепенулся д‘Аннунцио. Он поднял голову и, указав рукой на карту, очертил ею вокруг Иштвана воображаемый круг. – Все выходы из города перекрыты, контрольно-пропускные пункты на ж/д также предупреждены о возможной попытке врага удрать из Иштвана и бдительно следят за всеми уезжающими пассажирами. Кроме того, мы готовим несколько специально оснащённых антивампирским оружием взводов солдат для прочёсывания туннелей под землёй.
- Просто чудесно. Все принятые меры и скорость их выполнения достойны похвалы, ваше превосходительство, но будет ли их достаточно, когда враг будет найден и завяжется схватка? – встрял Матвей, смиренно попросив слова. Он почесал макушку и озабоченно продолжил:
- Городская стража ещё не имела реального боевого опыта в сражениях с вампирами, а взводы, собранные для отправки в туннели, слишком малочисленны и стеснены в оружии, так что вероятность их гибели при встрече с врагом будет крайне высока. Поэтому, могу ли я просить, ваше превосходительство, разрешения Инквизиции присоединиться к поискам?
- Я бесконечно признателен вам за столь самоотверженное предложение, но из Бюро здесь лишь вы и брат Пётр. Однако Глава ранен, а значит, остаётесь только вы, и…при всём уважении к возможностям Бюро и к вам, я всё же не понимаю, чем вы можете помочь…
- Только я? Ох, простите, я ведь совсем забыл сказать… - тут Матвей хлопнул себя по лбу, будто только что вспомнил о чём-то важном. - …вы знаете, в ангаре Иштвана уже стоят три наших корабля с тремя сотнями солдат Тайной Полиции. Я сам прибыл с ротой карабинеров сразу по окончании военных учений в Триесте. Ах да, во второй половине дня к городу прибудет ещё подкрепление из двух сотен наших бойцов.
- Это правда?
С момента инцидента и двенадцати часов не прошло. Не только архиепископ, но и герцогиня, и кардинал Борджиа с изумлением посмотрели на Матвея, но тот говорил совершенно спокойно и удивление слушателей, вероятно, счёл весьма забавным. По этой, или по какой другой причине, но инквизитор выглядел очень довольным. На лице его блуждала улыбка.
- Правда, мы ещё не всё необходимое оборудование и оснащение привезли, так как часть его использовалась на маневрах недалеко от Рима, но это не суть важно. Дайте мне час, и мы будем готовы к бою.
- Провернуть такое действо за столь короткий срок…ничего себе скорость! Воистину, слухи о вас как об одном из лучших командиров военного подразделения Инквизиции не лгали. – Тут же рассыпался в комплиментах д’Аннунцио. Стоило архиепископу узнать о батальоне почти из пятисот человек, уже развернутом в городе и готовом к битве, как его тон с до сих пор пренебрежительного мигом сменился на восхищённо-заискивающий. Вот она, тактика настоящего политика. Но Эмануэля можно было понять. Всего за какие-то жалкие несколько часов перекинуть столько оружия, экипировки, людей, которые хоть сейчас им прикажи, отправятся в бой, на такое большое расстояние! Что и говорить, брат Матвей и впрямь был талантливым военачальником.
…В отличие от своего шефа… про себя добавил архиепископ.
- Великолепно! – заявил он громко. – С поддержкой Тайной Полиции Ватикана и таким прекрасным руководителем нам можно не волноваться об успехе операции. Оставляю это дело вам, брат Матвей.
Он говорил тоном учителя, который страшно гордился успехами собственного ученика, а как только закончил, позади раздалось еле слышное:
- И мне… Я тоже…
Брат Пётр, стоявший у стены, с дрожью поднял руку, прося слова, как преступник, перед самым расстрелом решивший умолять о помиловании. – Ваше превосходительство, позвольте мне тоже участвовать в поимке вампира и вернуть утраченную честь. Я её из-под земли достану, вот увидите, и верну…
- Нет, вы останетесь здесь. – Прежде чем успел возразить Эмануэль (Ах, с каким бы прегадким удовольствием он это сделал), против высказался Франческо. – Матвей и в одиночку справится. А вы должны охранять Его Святейшество. – И кардинал с экрана монитора серьёзно покачал головой.
- Что?! Но Ваше преосвященство, я…
- Не поймите меня неправильно, брат. Я вовсе не усомнился в ваших способностях…
Ни в выражении лица кардинала Медичи, ни в глазах его действительно не было осуждения Рыцаря за недавний промах. Но говорил он не допускающим возражения тоном и не отрывал пристального взгляда от Главы Инквизиции. – Просто до тех пор, пока враг не пойман, мы не можем знать наверняка, не попытается ли он после первой удачи напасть снова, и на сей раз, не выбрать жертвой Алессандро. Хочу, чтобы на такой случай рядом с Понтификом был кто-то, кому я могу доверить его безопасность. Только и всего.
- Правда? Но ведь… - поражённый резкостью и уверенностью, но не холодностью слов своего начальника, Рыцарь снова опустил голову, сначала побурев, как свёкла, потом сильно побледнев. В конце концов, со страдальческой гримасой на лице, он покорно пробубнил:
- Понял. Я к вашим услугам…
- Как я и говорил прежде, держите всю операцию подальше от СМИ. Если они что-нибудь пронюхают, это может стать для нас катастрофой. – Отдал последнее напутствие инквизиторам Франческо, одарив своим тяжёлым взглядом поочерёдно каждого из них. Кардинал уже не в первый раз за сегодня обращал внимание на политику неразглашения и проявлял крайнюю непреклонность в данном вопросе. Это ясно говорило о его тревоге. Один из самых хладнокровных людей Ватикана не просто нервничал, а заметно для других нервничал. Редко кому доводилось наблюдать его в таком состоянии, но, учитывая всё случившееся, такое поведение не могло показаться странным. Слишком хорошо понимали и он и все остальные, чем могла обернуться любая ошибка в операции по розыску и поимке вампира. Малейший промах и дело выйдет за границы просто провинциального досадного недоразумения. А одним из нехороших последствий вполне может стать смена власти в Ватикане.
Обратившись под конец собрания ко всем высшим должностным лицам, собранным в одной комнате, Франческо ди Медичи воинственно и жёстко закончил:
- Вампир из Империи врагов всего Человечества похитил нашу святую, что никак не нельзя отнести к разряду обычных преступлений. Совершённое нападение вполне может стать искрой к новому крестовому походу. Мы должны быть готовы ко всему.


***


“Как... как прошла встреча, леди Катерина..?”
Серебряноволосый священник нетерпеливо вскочил с дивана стоило Катерине войти назад в предоставленную ей гостевую комнату. Судя по мешкам под его глазами, Авель не спал этой ночью ни минуты. Нервно моргая, он уставился на бледное лицо своей начальницы.
“Что было решено предпринять..? Откуда мы начнем расследование..?”
“Касаемо данного инцидента, было решено что он находится вне нашей - Святейшего Министерства Государственных Дел - юрисдикции.”
Передав свою кардинальскую биретту в протянутые руки Треса Икуса - второго находившегося в комнате священника - Катерина слегка закашлялась. Ну и мерзейший же климат в этих краях..! Вытянув ноги перед камином, она перевела дыхание.
“Расследование будет вестись совместно Департаментом Инквизиции и городской стражей Иствана. Нам же было поручено обеспечить поддержку - и безопасность Его Святейшества.”
“Как же... как же это так!? Похищенная ведь принадлежит к нашему Министерству..!”
Авель повысил голос, что было очень на него непохоже. Его лицо в бледности ничуть не уступало лицу Катерины. Eще бы - прошлой ночью буквально у него из под носа похитили коллегу. Было ли это из-за чувства вины, терзавшего его, или из за какого-то другого чувства - но его голос слегка дрожал.
“Похитили одного из наших людей, а нам даже не разрешают принять участие в расследовании..!? Это кто додумался до такого идиотизма..!? И вообще, пока мы тут попусту тратим время, Эстер...”
“Успокойся, Авель.”
С трудом сдерживая себя, Катерина мягким голосом попыталась успокоить священника, готового, казалось бы, в любой момент вскочить и выбежать из комнаты. Нет, ну вы посмотрите на него..! Обычно от его безответсвенности разве что только скулы не сводит - а вот теперь в нем, видите ли, проснулось чувство вины..! Глядя на священника, даже не пытавшегося скрывать своей взволнованности, Катерина почувствовала как где-то в глубинах ее души заворочались темные, нелицеприятные эмоции. Придавив их, не без усилия, она спокойным голосом продолжила анализ ситуации:
“Я конечно тоже считаю, что нам надлежит приоритизировать благосостояние сестры Эстер столь высоко, сколь это только будет возможным. Она - талантливая сотрудница, вернувшаяся к нам с ценной информацией касающейся Империи. Потерять её сейчас было бы для нас крайне невыгодно.”
“Но вопросом безопасности Его Святейшества тоже нельзя пренебрегать”, заметил механическим голосом Трес Иксус, по прежнему стоявший в углу комнаты. Киборг, лишенный каких-либо человеческих эмоций, вещал гласом чистых тактических соображений:
“В настоящее время, пока вышеозначенная вампирша продолжает скрываться где-то в городе, вероятность того, что Его Святейшество или герцогиня Миланская станут объектом ее следующего нападения, далека от нуля. Если подобное нападение произойдет, и если будут жертвы, ответственность ляжет в полной мере на нас. Этого следует избежать.”
“Прекрасно, Трес, вот давай ты и останешься здесь с леди Катериной.”
Нет, ядовитый тон, которым это было сказано, был крайне необычен для Авеля. Сидя на краю дивана, готовый сорваться с него в первый же удобный момент, священник затараторил дальше:
“А я тем временем отправлюсь в город разыскивать сестру Эстер. Я еще немного помню город с моего прошлогоднего визита, так что это не будет ну так уж вот совсем бесцельным блужданием...”
“Отрицательно. В сложившейся ситуации разделение сил не может быть сочтено целесообразным, отец Найтроуд. Мы имеем три обьекта: Его Святейшество, герцогиня Миланская и кардинал Борджиа. Одного агента будет физически недостаточно для обеспечения безопасности всех троих одновременно. Требуются как минимум два агента. Что на текущий момент означает нас обоих.”
“...”
Перед холодной точностью слов своего коллеги, Авель казалось потерял дар речи. Простояв несколько мгновений с открытым ртом, ему пришлось закрыть его так и не найдя достойного ответа. Но сдаваться он далеко не собирался. Повернувшись к своей начальнице, он взглянул на нее умоляющим взглядом:
“Пожалуйста, леди Катерина. Я... эта девочка...”
Но в ответ Катерина лишь тихо покачала головой:
“Нет. Нет, Авель... отец Найтроуд.”
Изгнав из своего голоса отголоски каких-либо эмоций, она тихо продолжила:
“Я тебя очень хорошо понимаю. И я тоже беспокоюсь за сестру Эстер. Но ведь вампирша по прежнему скрывается где-то в городе. Если она нападет на нас, кто ее остановит..? Кто защитит меня и Алека..? Это можешь сделать только ты. Или, Авель...”
Молодой человек, прикусив губы, стоял и слушал как его отчитывают. В его глазах, вот-вот готовых разразиться слезами, был ясно виден жесточайший конфликт приоритетов. И глядя в эти глаза, светло-голубые как воды зимнего озера, изысканнейшая из кардиналов Ватикана и нанесла завершающий удар.
“Или, Авель, для тебя я... мы... не стоим того, чтобы нас защищать..?”
Глаза юноши захлопнулись. Так падает занавес на сцене. Его лицо смертельно побледнело. Несколько мгновений он стоял неподвижно, с крепко зажмуренными глазами. Подобные гримасы можно было видеть на лицах людей, принявших смертный яд. Но наконец он открыл рот и дрожащим голосом выплюнул:
“Это бесчестно, леди Катерина..! Да как... Да как у вас язык повернулся..!”
С этими словами, долговязый священник развернулся и молча направился к двери.
“Куда вы собрались, отец Найтроуд..? Брифинг еще не окончен. Немедленно вернитесь на свое место.”
Второй священник, находившийся в комнате, резко окрикнул уже исчезавшего в дверном проеме Авеля. И был полностью проигнорирован.
С ничего не выражающим лицом, Трес поднялся со своего места и направился вслед за коллегой.
“Не нужно за ним идти, отец Трес.”
Остановив невысокого священника голосом и взглядом, Катерина медленно покачала головой.
“Отец Найтроуд из без того останется здесь, с нами.
Такой уж он человек...”
Что за выражение промелькнуло в тот момент на лице этой изысканнейшей женщины..? Самоукор..? Или злость..? Сложная смесь горьких эмоций разошлась кругами по зеркальной глади ее красоты - и через мгновение сгинула бесследно. Спокойным голосом, Катерина начала отдавать приказы своему верному подчиненному:
“Лучше идите, отец Трес, и продолжите курьировать охрану этого собора. Я разберусь с некоторыми мелкими делами, и, после полудня, отправлюсь вместе с Его Святейшеством с визитом в центральный госпиталь Иштвана. Вам нужно будет также найти время для всех необходимых приготовлений.”
“...Положительно.”
Получив распоряжения своей хозяйки, кибернетический солдат отреагировал в несколько необычной для него манере. Несколько мгновений он оставался на месте, будто бы желая что-то еще сказать. Но в конце концов, так ничего и не сказав, развернулся и покинул комнату вслед за своим коллегой.
Подождав, пока звук его чересчур равномерных шагов не затих где-то по ту сторону двери, кардинал откинулась в спинку своего кресла. Поднеся к губам платок, она слегка кашлянула в него...
“...плохая женщина...”
Слова соскользнули с тонких губ с легкой хрипотцой.
Быть может, она чуть повредила свое горло, когда кашляла..? Кто знает. Но в глазах цвета стального скальпеля глядевших тогда на маленькое красное пятно на белом кружеве платка не оставалось и следа “Железной Леди”, хитроумного стратега пред именем которого дрожал весь политический мир Ватикана.
“Я действительно... плохая женщина...”
Прошептав еще раз горькие слова, женщина швырнула запятнанный кровью платок в огонь камина.

Вторая часть 1-ой главы принадлежит не мне, а человеку, о котором мне кроме ника ничего не известно, так что просто Спасибо ему/ей большое.

@темы: ROM IV, Переводы, Романы